По последним данным, в Иране в результате массовых волнений погибли приблизительно две тысячи человек. Такие шокирующие цифры привели со ссылкой на высокопоставленного местного чиновника. Ранее сообщения зарубежных правозащитных структур, базирующихся в США, называли гораздо более скромную цифру — около 466 жертв с момента начала выступлений.
Власти республики возлагают ответственность за гибель мирных жителей и сотрудников силовых структур на так называемых «террористов». Именно так официальные лица начали именовать наиболее агрессивных участников беспорядков, обвиняя их в организации погромов и насилии.
Корни нынешнего кризиса уходят в конец декабря 2025 года, когда страну охватили первые протесты. Главной причиной народного недовольства стал резкий обвал национальной валюты — иранского риала, что привело к стремительному росту цен и падению покупательной способности населения.
Ситуация резко обострилась 8 января, когда в Иране активизировались протестные шествия. Этот всплеск связан с призывами к действию Резы Пехлеви — сына последнего шаха Ирана, свергнутого в ходе исламской революции 1979 года. В тот же день власти страны ввели практически полную блокировку интернета, чтобы ограничить координацию протестующих и распространение информации.
Во многих городах мирные демонстрации перерастали в ожесточенные столкновения с правоохранительными органами. Участники акций выкрикивали лозунги, направленные против существующего политического строя. Сообщалось о жертвах с обеих сторон конфликта — как среди протестующих, так и среди силовиков.
Официальный Тегеран неоднократно заявлял, что беспорядки инспирированы извне. Власти обвинили в организации протестов США и Израиль, назвав их действия вмешательством во внутренние дела суверенного государства. К 12 января, по заверениям иранских официальных лиц, ситуацию в большинстве регионов удалось взять под жесткий контроль.
Несмотря на эти заявления, информация о реальных масштабах трагедии продолжает поступать с задержкой и противоречиями, что связано с сохраняющимися ограничениями на коммуникации и работу независимых журналистов внутри страны. Новые данные о количестве жертв указывают на гораздо более серьезный и кровавый характер событий, чем предполагалось ранее.