Личная переписка печально известного финансиста Джеффри Эпштейна пролила новый свет на нераскрытое дело о гибели 20-летней российской модели Русланы Коршуновой. В электронных письмах, ставших достоянием общественности, фигурируют тревожные детали о личности одного из её бойфрендов.
Руслана Коршунова, получившая в модных кругах прозвище «Русская Рапунцель» за свою знаменитую косу, была найдена мёртвой 28 июня 2008 года. Трагедия произошла в её квартире на Манхэттене за считанные дни до 21-летия девушки. Несмотря на то что официальное расследование признало её смерть суицидом, ни записок, ни следов борьбы, ни признаков наркотического или алкогольного опьянения обнаружено не было. Эти обстоятельства много лет вызывали сомнения у близких модели и порождали слухи.
Впервые имя Коршуновой всплыло в переписке Эпштейна в декабре 2009 года. Его знакомый, Рамси Элкхоли, предлагая финансисту познакомиться с несколькими девушками, упомянул модель по имени Регина. В письме он отметил, что парень Регины ранее встречался с Русланой и после её гибели активно помогал семье покойной: «Он постоянно был на связи, ходил в полицейские участки, предлагал финансовую поддержку, утешал мать».
Однако тон сообщений резко изменился в начале 2011 года. В письме от 1 января Элкхоли сообщил Эпштейну, что тот же молодой человек жестоко избил Регину и пригрозил сообщить властям о её проблемах с наркотиками. Эпштейн, получив это известие, задал прямой вопрос: «Разве это не тот самый парень, который избил Руслану?» Ответ Элкхоли был однозначным: «Да, это он».
Уже 10 января 2011 года Элкхоли, опасаясь, что с Региной может повториться судьба Коршуновой, полностью разорвал с ней все деловые контакты. Более ранние письма 2010 года показывают, что сам Джеффри Эпштейн был убеждён: трагическая гибель «Русской Рапунцели» произошла в первую очередь по вине её парней. Пик карьеры талантливой модели пришёлся на 2008 год, когда она снималась для рекламных кампаний мировых брендов, что делает её необъяснимую смерть ещё более шокирующей.
Новые данные из архива Эпштейна вновь поднимают острые вопросы о том, что на самом деле случилось в тот роковой день на Манхэттене, и какую роль в этой истории сыграло ближайшее окружение молодой звезды. Упоминания в приватной переписке ключевых фигур скандального круга финансиста указывают на возможные неизвестные ранее связи и мотивы, оставшиеся за рамками официального полицейского отчёта.